В этой статье я собрала техники, которые сама использую в кабинете чаще всего — с пошаговой схемой выкладки, репликами для клиента и короткими разборами, что в каждой технике может пойти не так. Это не претензия на полный каталог: тот набор, который у меня в руках работает в 80% запросов.
Сразу оговорю статус метода: у МАК нет психометрической валидизации, это рабочая клиническая практика, не доказательный метод в строгом смысле, в каком им являются, например, КПТ или EMDR. Все техники ниже — это формы организации разговора, способ организовать пространство сессии, не диагностические протоколы и не способ что-то «увидеть» в клиенте помимо его слов.
Про то, зачем психологу МАК в принципе и в каких ситуациях они полезны, я подробнее писала в статье «МАК в работе психолога». База — что такое МАК, откуда взялись, как устроен проективный механизм — лежит в «Что такое МАК-карты». Здесь — только техники, без повторения общего «зачем» и без сравнений с другими картогадательными системами.
Одна карта на запрос: техника входа
Самая короткая схема, и я начинаю с неё, когда клиент пришёл с туманным «что-то не так». Прошу вытянуть одну карту вслепую из универсальной сюжетной колоды (мне привычнее работать на OH Эли Рамана и Моритца Эгетмайера, 1985, 88 картинок плюс 88 слов — но подойдёт любая сюжетная). Не задаю никакого «загадайте вопрос»: эта формулировка втягивает в гадательный регистр, в кабинете она лишняя.
Реплика клиенту: «Просто опишите, что вы видите. Что бросается в глаза первым, какое настроение у изображения, какая ассоциация пришла».
Дальше пять-десять минут клиент описывает картинку, а я задаю уточняющие вопросы только про то, что он сам назвал. «Вы сказали „одинокая фигура“ — а одиночество здесь какое, по ощущению?» В этом описании быстро проявляется тема, на которую с порога клиент не вышел: туманное «что-то не так» оказывается локализованной зоной — отношения, страх принятия решения, ощущение застоя в работе.
Маленькая деталь, на которую я обращаю внимание у себя: я не комментирую саму картинку — «о, какая красивая», «о, какая мрачная». Любая моя оценка изображения становится для клиента сигналом, как «правильно» к нему относиться, и его собственное описание начинает к этому подстраиваться. Я держу нейтральный тон голоса и мимики, как при тесте Роршаха (1921), где экспериментатор тоже не комментирует, как пятно «выглядит».
Что может пойти не так. Если клиент с первой минуты начинает «расшифровывать»: «наверное, это значит, что мне надо…» — я аккуратно возвращаю его в описание. Карта не знак, который надо разгадать; это поверхность, на которую он накидывает своё. Я говорю что-то вроде: «Давайте пока без выводов, просто что вы видите». Это снимает тревогу «я неправильно отвечаю» и возвращает работу в проективный регистр.
Три карты: «откуда — сейчас — куда»
Эту схему выкладки я применяю, когда запрос наоборот слишком широкий — клиент несёт ворох тем сразу, и непонятно, за что взяться. Прошу вытянуть три карты вслепую и положить слева направо. Подписываю их вслух: левая — «откуда я иду», средняя — «где я сейчас», правая — «куда хочу попасть».
На каждую карту отвожу примерно равное время, описание — те же пять-семь минут. Клиент рассказывает каждую отдельно, и только после всех трёх я предлагаю посмотреть, есть ли между ними сюжет — что меняется от левой к правой, что остаётся, где разрыв.
Что эта схема даёт. Она встраивает запрос во временную ось: помогает увидеть, что из «всего» стоит в фокусе, а что фон; где у клиента ощущение движения, а где застрял. Часто на средней карте всплывает то самое чувство «я в тумане», и тогда работа фокусируется на ней, а две крайние временно убираем.
Я держу одну деталь в формулировке: говорю «откуда я иду — где я сейчас — куда хочу попасть», а не «прошлое — настоящее — будущее». Разница тонкая, но важная. Хронологическая рамка втягивает в биографический отчёт и звучит как «расскажите про детство, потом про планы». Формулировка через траекторию оставляет клиента в первом лице, в собственной дороге, в текущем переживании пути. С такой рамкой описания получаются живыми, конкретными, привязанными к моменту, а не к датам жизни.
Что может пойти не так. Клиент иногда начинает «подгонять» правую карту под желаемый исход: видит на ней не то, что есть, а то, что хотел бы. Я тогда спрашиваю: «А если посмотреть на эту картинку как на любую другую, без задачи „куда хочу“, — что вы тут видите?» Возвращаю в описание, и желаемое отделяется от реально проявленного.
Вторая частая ловушка — клиент видит на левой карте что-то болезненное и начинает разворачивать там тему так, что на среднюю и правую времени не остаётся. Это рабочая ситуация: значит, материал из прошлого жив и требует внимания. Я тогда не настаиваю на полной выкладке; левую карту разворачиваем как одну карту на запрос, а к схеме «откуда-сейчас-куда» возвращаемся в следующую сессию или вообще через несколько встреч.
Ресурсная карта: техника стабилизации
Эту технику я ставлю на первые сессии с клиентами, у которых в анамнезе есть тяжёлый опыт, и до того, как мы вообще начнём подходить к больному материалу. МАК здесь — инструмент стабилизации внутри фазового подхода (Boon — van der Hart — Steele), не самостоятельная травматерапия; глубокая работа с травмой требует профильной подготовки и отдельных модальностей вроде EMDR или нарративной экспозиции.
Беру ресурсную колоду — мягкие пейзажи, тёплые сюжеты. У меня под рукой обычно лежит ресурсная подборка плюс Cope Эгетмайера (88 карт, специально для работы с кризисом и стабилизацией). Здесь выбор делается открыто: я раскладываю несколько карт картинками вверх и прошу клиента выбрать ту, которая «как место, где безопасно». Вслепую тут опасно — может выпасть карта, которая клиента наоборот тревожит, и вместо ресурса мы получим лишнюю нагрузку в начале сессии.
Реплика: «Найдите карту, на которой есть ощущение, что здесь можно остановиться, выдохнуть. Не обязательно красивую, просто такую, где спокойно».
Дальше десять-пятнадцать минут разворачиваем образ: что на картинке, какие звуки слышно, какая температура, что делает персонаж, есть ли там вы. Цель — сделать образ объёмным, чтобы клиент мог в него возвращаться. Этот образ становится якорем: если в дальнейшей работе становится тяжело, мы возвращаемся к нему, восстанавливаем дыхание, заземляемся.
Что может пойти не так. Клиент выбирает карту, на которой «как будто ресурс», но в описании всплывает тревога — например, «вот тут красивый берег, но за горой кто-то» . Это сигнал, что в выбранную картинку проникла фоновая угроза, и как якорь она не сработает. Тогда мы пробуем другую карту или работаем с этой как с темой («что это за фигура за горой»), но уже не как с ресурсом.
Парное упражнение: две карты от двух партнёров
В работе с парой я часто использую такую схему. Прошу каждого из партнёров вытянуть по одной карте вслепую на тему «как я вижу наши отношения сейчас». Затем каждый описывает свою карту 5–7 минут, второй слушает молча. После этого — обмен: каждый говорит, что услышал в описании другого, что было новым, что узнаваемым.
Что эта схема делает. Она даёт каждому партнёру возможность сказать своё через картинку — без необходимости сразу формулировать «ты не…», «ты всегда…», что в парных конфликтах работает как растопка. Через карту человек описывает своё переживание; второй слышит не претензию, а сюжет, и часто этого достаточно, чтобы заметить, что они говорят на двух разных языках про одно и то же.
Что может пойти не так. Иногда расхождение восприятий проявляется быстрее, чем пара готова с ним обойтись: оба видят, что они в разных историях, и это вместо разговора даёт эскалацию прямо в кабинете. Я держу темп: если по тонусу видно, что нагрузка близка к пределу, останавливаю выкладку до обмена впечатлениями и возвращаю работу в более тёплое русло — например, прошу обоих вытянуть карту на тему «что в наших отношениях держит» вместо «что меня в них тревожит». Парная работа с МАК — это упражнение на встречу; задача проявить разрыв любой ценой здесь обратная пользе.
Короткие техники для финала сессии и проективного сдвига
Три техники, которые занимают по 5–15 минут и которые я ставлю ближе к концу сессии или встраиваю в середину, если работа упёрлась в сглаженные описания.
Карта-маркер «о чём я сегодня не сказала»
Ставлю минут за пятнадцать до завершения. Прошу клиента вытянуть одну карту вслепую с такой рамкой: «эта карта про то, о чём мы сегодня не успели поговорить, или о чём я говорить не стала».
Реплика: «Не нужно сейчас всё это разворачивать. Просто посмотрите, что на карте, и если из этого что-то отзывается — мы можем взять это в следующую сессию».
Дальше пять-семь минут — короткое описание, без глубокого погружения. Цель здесь — наметить тему, обозначить вход, оставить её на следующий раз.
Что эта схема даёт. Она снимает у клиента тревогу «я не сказала важного» и подсвечивает темы, которые в речи прячутся за более «удобными» сюжетами. Часто на этой карте проявляется то, что клиент пришёл сказать с порога, но обошёл за час. У меня в работе бывали случаи, когда такая карта на тридцатой минуте давала больше материала, чем вся остальная сессия, — и в следующую встречу мы начинали именно с неё.
Что может пойти не так. Иногда клиент на этой карте открывается больше, чем мы можем выдержать в оставшееся время, и расходимся в состоянии вскрытой темы без завершения. Поэтому я и ставлю эту технику именно за пятнадцать минут до конца: успеть промаркировать, сразу проговорить, что разворачиваем в следующий раз, и идти к завершающему ритуалу.
Карта на завершение сессии
Самая короткая техника, занимает максимум пять минут. Спрашиваю: «Какая карта про то, с чем вы сегодня уходите?» Клиент выбирает открытым способом — пролистывает колоду и берёт ту, которая отзывается. Описывает в 2–3 предложениях.
Что эта схема даёт. Она сворачивает разговор в один образ, который клиент забирает с собой. Между сессиями материал не выветривается так быстро: клиенты сами начинают вспоминать «карту прошлой встречи», и это становится мостиком в следующую.
Что может пойти не так. Клиент иногда пытается на этой карте сделать «вывод по сессии» — сформулировать главное, что понял. Я мягко возвращаю в описание: вывод сейчас не нужен, нужен образ. Вывод, если он сложится, сложится сам за неделю.
Карта + слово: проективный сдвиг
Этот вариант я использую в индивидуальной работе, когда клиент уже привык к описанию картинки и его описания становятся сглаженными. Парная выкладка: одна карта из изобразительной колоды (OH или Cope) и одна — из колоды слов (комплект слов, идущий с OH). Тяну обе вслепую и кладу рядом.
Реплика: «Положите это слово рядом с картинкой. Что получается? Это слово к этой картинке — оно подходит, спорит, дополняет?»
Случайное сочетание изображения и слова создаёт сдвиг: привычные описания не подходят, и клиенту приходится искать новые формулировки. Слово «тревога», легшее на спокойный пейзаж, поднимает вопрос «а где здесь тревога — или её здесь нет, и тогда почему слово отзывается». Слово «свобода» на закрытой комнате показывает зону, где у клиента внутреннее ощущение свободы расходится с его реальностью.
Что может пойти не так. Иногда сочетание слова и картинки кажется клиенту бессмысленным, и он отказывается: «не вижу связи». Это нормально, поскольку случайные сочетания работают не всегда. Тогда я предлагаю либо вытянуть новое слово к той же картинке, либо новую картинку к тому же слову. Третья комбинация почти всегда даёт зацеп.
Есть ещё одна вариация этой техники, которую я узнала у коллеги в супервизионной группе и иногда применяю: клиент сначала тянет картинку, описывает её, потом сам — намеренно, открыто — выбирает слово из стопки. В таком формате слово выполняет роль формулировки: клиент даёт картинке имя. Это удобно использовать на завершении большой темы — когда клиент уже долго работал в каком-то материале и нужно дать ему слово-якорь.
Что я держу в голове через все техники
Несколько общих принципов, без которых ни одна из техник выше не сработает так, как должна.
Я не интерпретирую карту за клиента. То, что вижу в картинке я как психолог, — моя проекция; то, что видит он, — его материал. Уточняющие вопросы я задаю только про его описание, не про своё восприятие изображения. Это, пожалуй, главное правило всей работы с МАК, и я к нему возвращаюсь в каждой супервизии с коллегами.
Темп клиента важнее «успеть в технику». Если по тонусу видно, что клиент устал или перегружен, я останавливаю выкладку и возвращаюсь к разговору без карт. Скорость доступа к материалу — сильная сторона МАК и одновременно их риск: клиент может выйти на тему, с которой пока не готов работать. Замедлиться — часть техники, и это умение приходит с практикой не быстрее, чем сами выкладки.
Колода и техника подбираются под задачу, не наоборот. Если у клиента запрос на работу с конкретным симптомом — не лезу с тремя картами «откуда-сейчас-куда»; если запрос на ресурс — не достаю Cope, в которой много кризисных сюжетов и можно случайно усилить переживание. Поначалу хочется попробовать всё, что под рукой; со временем приходит ощущение, какая схема под какой регистр работает, и обычный набор инструментов на сессию сужается до одной-двух техник.
Карт за сессию — не больше четырёх. Это моё личное правило, и я ему следую почти неукоснительно. Если я вытянула за час больше — скорее всего, прячусь за инструментом, заполняю им паузы, которые сами по себе работали бы лучше.
Карта — повод, не ответ. Возвращаюсь к этому в каждой супервизии, потому что искушение «сейчас вытащим ещё одну, и станет понятнее» сильнее, чем кажется. Понятнее обычно становится от тишины и уточняющего вопроса, не от новой картинки. Я сама не сразу пришла к этому ощущению — первые года полтора в работе с МАК у меня лежало на столе по семь-восемь карт за сессию, и я была горда тем, как ловко всё сложилось. Глядя сейчас, понимаю: половина этих карт мне нужна была, чтобы не пауза висела.
Описание клиента — это и есть содержание сессии, не «подготовка к разговору». Иногда коллеги воспринимают этап описания карты как разогрев перед «настоящей работой» — и ждут, когда клиент закончит про картинку, чтобы перейти к «вопросам по существу». Но в описании уже идёт сама работа: клиент проецирует, формулирует, замечает собственные слова. Если я в этот момент его прерываю, чтобы «вернуться к запросу», я сбиваю процесс. Жду, дослушиваю, иду за тем, что он сам выводит на поверхность.
Частые вопросы про техники работы с МАК
Сколько техник имеет смысл освоить новичку до первой работы с клиентом?
Достаточно двух-трёх: одна карта на запрос, три карты «откуда-сейчас-куда» и карта на завершение сессии. Этого хватит на первые двадцать сессий, и за это время сложится своё ощущение, какие техники добавлять следующими.
Можно ли просить клиента вытягивать карту с конкретным вопросом в голове?
Можно, но осторожно. Формулировка «загадайте вопрос и вытяните карту» сдвигает регистр к гадательному, и у клиента появляется ожидание «ответа». Я предпочитаю давать рамку без вопроса — просто «карта про то, как сейчас». Это сохраняет проективный режим.
В каких техниках выбор карты лучше открытым, а в каких вслепую?
Вслепую — когда работаем с запросом, защитами, проявлением материала, который клиенту самому ещё не виден. Открыто — когда работаем с ресурсом, завершением, образом, который клиент намеренно собирает для себя. В ресурсе вслепую опасно: может выпасть карта, которая клиента наоборот тревожит.
Что делать, если клиент не хочет описывать карту и просит «расскажите вы»?
Не идти в это. Если я расскажу за клиента, мы получим мои проекции на картинке, а не его материал. Я обычно отвечаю: «Карта работает только с вашей стороны. Можно начать с самого простого — что вы видите буквально, без интерпретации». Через минуту-две описание обычно идёт.
Можно ли совмещать в одной сессии техники с разными колодами?
Да, и я часто это делаю: например, начинаю с сюжетной колоды на запрос, дальше беру слово из OH-комплекта для проективного сдвига, заканчиваю ресурсной картой. Главное — не переключать колоды просто ради разнообразия; каждая смена должна решать задачу.
Как объяснять клиенту смысл выкладки трёх карт, чтобы у него не возникло ожидания ответа извне?
Я говорю просто: «Положим три карты — слева о том, откуда вы идёте, посередине где вы сейчас, справа куда хочется. Это способ посмотреть на свою историю целиком, через картинки, и собрать собственные ассоциации в линию». Клиенты обычно принимают эту рамку без вопросов.
Что делать, если в технике клиент вытянул карту, которая его сильно зацепила и выбила?
Не игнорировать. Откладываю запланированную работу, спрашиваю, что именно отозвалось, при необходимости перехожу к ресурсной карте для стабилизации. Если зацепило сильно — не стесняюсь сократить остаток сессии или вообще закончить раньше. Это рабочая ситуация, не сбой.
Заключение
Техник работы с МАК больше, чем уместилось в эту статью, и каждая из них — это форма организации разговора, способ дать клиенту повод и ракурс для собственных ассоциаций. Рабочей технику делает не сама схема выкладки, а психологический регистр вокруг неё: уважение к темпу клиента, готовность остановиться, отказ интерпретировать за него, честная оговорка про статус метода.
Если вы только начинаете включать МАК в свою практику, мой опорный совет — взять две-три техники из тех, что описаны выше, попробовать их на десятке сессий, и только потом расширять арсенал. Через месяц практики вы заметите, какая выкладка под какой запрос «садится», а какая — нет; это собственное ощущение важнее любого списка.
Если останутся вопросы по конкретной технике или ситуации — пишите, я отвечаю всем коллегам лично.